Урок 25-2000 английских слов на http://top1000s.narod.ru

1000 самых распространённых английских слов - Top 1000 English Words

Главная  |  Книга "Первая 1000 английских слов"  |   Английские слова 1001-2000  |  Сайт 'English-2Days'   |

Урок 25 -

2000 самых распространенных английских слов

начало    предыдущий урок 

План урока: 

  1. Цитата

  2. Слова 1461-1480

  3. Фразы

  4. Поговорки

  5. Читаем 'Cakes and Ale' by Somerset Maugham

  6. Тест

  7. Полезные ресурсы по английскому языку




Patience is not simply the ability to wait - it's how we behave while we're waiting. - Joyce Meyer
Терпение - это не просто умение ждать, это наше поведение пока мы ждём. - Джойс Мейер


Читайте "Цитаты на английском языке с переводом на русский" здесь:


Подписывайтесь на еженедельную рассылку "Цитаты на английском с переводом" - http://www.english-2days.narod.ru/archive.html


2. СЛОВА 1461-1480

basket   bath   behave   bite   cake        

candle   cap   decrease   destroy   electric     

enemy   false   glass   hello   hers  

lamp   lately   nearly   rude   something      



  1. basket ['ba:skıt] – корзина, кузов

  2. bath [ba:θ] – ванна, купание; мыть, купать

  3. cake [keık] – торт, кекс, пирожное, плитка:

  4. candle ['kændl] – свеча, газовая горелка

  5. cap [kæp] – кепка, шапка, колпак, крышка

  6. enemy ['enımı] – враг, неприятель

  7. glass [gla:s] – стекло, стакан, зеркало

  8. hello [hǝ'lou] - алло, здорово

  9. lamp [læmp] – лампа, фонарь, светильник


  1. hers [hǝ:z] – её, принадлежащий ей

  2. something ['sΛmθıŋ] – что-то, нечто, что-нибудь


  1. electric [ı'lektrık] – электрический, поразительный

  2. false [fo:ls] – ложный, ошибочный, фальшивый, искусственный

  3. rude [ru:d] – грубый, невоспитанный, суровый, жестокий, внезапный


  1. behave [bı'heıv] – поступать, вести себя

  2. bite [baıt] – кусаться, жалить, колоть

  3. decrease [di:'kri:s] – убывать, уменьшаться

  4. destroy [dı'stroı] - разрушать, уничтожать, истреблять


  1. lately ['leıtlı] – недавно, за последнее время

  2. nearly ['nıǝlı] – близко, почти, приблизительно


  • basket dinner/lunch - пикник

  • cakes and ale  - веселье

  • go/sell like hot cakes - раскупаться/продаваться нарасхват

  • have one's cake baked - иметь средства/cостояние; жить в достатке

  • take the cake - получить приз, занять первое место

  • that takes the cake - это превосходит всё, вот это да!

  • cannot hold a candle to - в подмётки не годиться кому-л.

  • the cap fits - не в бровь, а в глаз

  • cap the climax - перещеголять всех

  • kill the enemy - коротать время

  • look through green glasses - ревновать, завидовать

  • rub the lamp - легко осуществить своё желание

  • sail under false colours - выдавать себя за кого-л. другого, маскироваться

  • rude awakening -  сильное разочарование

  • Behave yourself! - Ведите себя прилично!

  • bite off more than one can chew - переоценивать свои силы



  • Don’t put all your eggs in one basket - Не складывай все яйца в одну корзину
  • Do not throw the baby out with the bathwater - Не выплесни ребёнка вместе с водой.
  • Do not bite the hand that feeds you - Не кусай руку, которая кормит тебя.
  • The cake is a lie - Бесплатный сыр - в мышеловке
  • You cannot eat your cake and have it too - Один пирог два раза не съешь.

  • It’s better to light a candle than curse the darkness - Лучше зажечь свечу, чем проклинать темноту

  • People who live in glass houses shouldn't throw stones - Если живёшь в стеклянном доме, не бросайся камнями.

  • If you give a mouse a cookie, he'll always ask for a glass of milk. - Дай ему палец - по локоть откусит.

  • Barking dogs seldom bite - Лающая собака редко кусается
  • My enemy's enemy is my friend - Враг моего врага - мой друг
  • Perfect is the enemy of good - Лучшее - враг хорошего
  • False friends are worst than open enemies - Лживые друзья хуже открытых врагов
  • Here today, gone tomorrow -  Сегодня здесь, завтра там. Сегодня есть, завтра - нет
  • Something is better than nothing - Лучше что-то, чем ничего
  • If wealth is lost, nothing is lost. If health is lost, something is lost. If character is lost, everything is lost. - Богатство потеряно - ничто не потеряно. Здоровье потеряно - кое-что потеряно. Характер потерян - всё потеряно.
  • Life is to short not to do something that matters. - Жизнь слишком коротка, чтобы не сделать что-нибудь важное.
  • Nearly never bulled a cow - Почти не считается

Читайте "Английские пословицы" - http://www.english-2days.narod.ru/sayings/a.html



William Somerset Maugham (1874 – 1965)

Born in Paris, France. He studied at Canterbury and Heidelberg, qualified as a surgeon at St Thomas's Hospital, London. He wrote Liza of Lambeth (1897), Of Human Bondage (1915), The Moon and Sixpence (1919), The Circle (1921), The Trembling of a Leaf (1921), East of Suez (1922), Cakes and Ale (1930), The Complete Short Stories (3 vols) in 1951, etc.  


'Cakes and Ale'

I HAVE noticed that when someone asks for you on the telephone and, finding you out, leaves a message begging you to call him up the moment you come in, and it’s important, the matter is more often important to him than to you. When it comes to making you a present or doing you a favour most people are able to hold their impatience within reasonable bounds. So when I got back to my lodgings with just enough time to have a drink, a cigarette, and to read my paper before dressing for dinner, and was told by Miss Fellows, my landlady, that Mr. Alroy Kear wished me to ring him up at once, I felt that I could safely ignore his request.

“Is that the writer?” she asked me.

“It is.”

She gave the telephone a friendly glance.

“Shall I get him?”

“No, thank you.”

“What shall I say if he rings again?”

“Ask him to leave a message.”

“Very good, sir.”

She pursed her lips. She took the empty siphon, swept the room with a look to see that it was tidy, and went out. Miss Fellows was a great novel reader. I was sure that she had read all Roy’s books. Her disapproval of my casualness suggested that she had read them with admiration. When I got home again, I found a note in her bold, legible writing on the sideboard.

Mr. Kear rang up twice. Can you lunch with him to-morrow? If not what day will suit you?

I raised my eyebrows. I had not seen Roy for three months and then only for a few minutes at a party; he had been very friendly, he always was, and when we separated he had expressed his hearty regret that we met so seldom.

“London’s awful,” he said. “One never has time to see any of the people one wants to. Let’s lunch together one day next week, shall we?”

“I’d like to,” I replied.

“I’ll look at my book when I get home and ring you up.”

“All right.”

I had not known Roy for twenty years without learning that he always kept in the upper left-hand pocket of his waistcoat the little book in which he put down his engagements; I was therefore not surprised when I heard from him no further. It was impossible for me now to persuade myself that this urgent desire of his to dispense hospitality was disinterested. As I smoked a pipe before going to bed I turned over in my mind the possible reasons for which Roy might want me to lunch with him. It might be that an admirer of his had pestered him to introduce me to her or that an American editor, in London for a few days, had desired Roy to put me in touch with him; but I could not do my old friend the injustice of supposing him so barren of devices as not to be able to cope with such a situation. Besides, he told me to choose my own day, so it could hardly be that he wished me to meet anyone else.

Than Roy no one could show a more genuine cordiality to a fellow novelist whose name was on everybody’s lips, but no one could more genially turn a cold shoulder on him when idleness, failure, or someone else’s success had cast a shade on his notoriety. The writer has his ups and downs, and I was but too conscious that at the moment I was not in the public eye. It was obvious that I might have found excuses without affront to refuse Roy’s invitation, though he was a determined fellow and if he was resolved for purposes of his own to see me, I well knew that nothing short of a downright “go to hell” would check his persistence; but I was beset by curiosity. I had also a considerable affection for Roy.

I had watched with admiration his rise in the world of letters. His career might well have served as a model for any young man entering upon the pursuit of literature. I could think of no one among my contemporaries who had achieved so considerable a position on so little talent. This, like the wise man’s daily dose of Bemax, might have gone into a heaped-up tablespoon. He was perfectly aware of it, and it must have seemed to him sometimes little short of a miracle that he had been able with it to compose already some thirty books. I cannot but think that he saw the white light of revelation when first he read that Charles Dickens in an after-dinner speech had stated that genius was an infinite capacity for taking pains. He pondered the saying. If that was all, he must have told himself, he could be a genius like the rest; and when the excited reviewer of a lady’s paper, writing a notice of one of his works, used the word (and of late the critics have been doing it with agreeable frequency) he must have sighed with the satisfaction of one who after long hours of toil has completed a cross-word puzzle. No one who for years had observed his indefatigable industry could deny that at all events he deserved to be a genius.


Я заметил, что, когда кто-нибудь звонит вам по телефону  и,  не  застав вас дома, просит  передать,  чтобы  вы  немедленно,  как  только  придете, позвонили ему по важному делу,  дело  это  обычно  оказывается  важным  не столько для вас, сколько для него. В тех случаях, когда речь идет  о  том, чтобы сделать вам подарок или оказать услугу, большинство  людей  способно взять себя в руки и не проявлять чрезмерного нетерпения. Поэтому, когда  я пришел домой как раз  вовремя,  чтобы  успеть  выпить  рюмочку,  покурить, прочитать газету и одеться к обеду, и узнал от  своей  квартирной  хозяйки мисс Феллоуз, что меня просил немедленно позвонить мистер Элрой Кир, то  я решил, что вполне могу пренебречь его просьбой.
   - Это не тот писатель? - спросила она.
   - Он самый.
   Она ласково взглянула на телефон.
   - Соединить вас с ним?
   - Нет, спасибо.
   - А что сказать, если он опять будет звонить?
   - Спросите его, что мне передать.
   - Хорошо, сэр.
   Мисс Феллоуз осталась недовольна. Она захватила пустой  сифон,  окинула взглядом комнату, чтобы удостовериться, все ли в порядке,  и  вышла.  Мисс Феллоуз - большая любительница литературы. Я не сомневаюсь, что она прочла все  книги,  написанные  Роем.  И  была  от  них  в  восторге  -  об  этом свидетельствовало то, что она явно не одобрила  мое  пренебрежение  к  его звонку.
   Вернувшись домой снова,  я  нашел  на  буфете  записку,  написанную  ее крупным, разборчивым почерком: "Мистер Кир звонил два раза. Не  можете  ли вы завтра с ним пообедать? Если нет, то какой день был бы вам удобен?"
   Я удивленно поднял брови. В последний раз я виделся с Роем  три  месяца назад, да и то всего каких-нибудь несколько минут на одном  званом  обеде. Он был, как всегда, очень дружелюбен и,  когда  мы  расставались,  выразил сожаление, что мы так редко видимся.
   - Ужасное место этот Лондон, - сказал он. - Вечно  не  хватает  времени повидать тех, кого хочется. Давайте на будущей  неделе  как-нибудь  вместе пообедаем, а?
   - С удовольствием, - ответил я.
   - Я загляну в свою записную книжку, как приеду домой, и позвоню вам.
   - Ладно.
   Я знаком с Роем уже двадцать лет и знаю, что маленькая записная книжка, куда он записывает все назначенные свидания, всегда  у  него  с  собой,  в верхнем левом кармане жилета. Поэтому я не удивился, так и  не  дождавшись его звонка. И теперь я никак  не  мог  заставить  себя  поверить,  что  он бескорыстно стремится проявить гостеприимство. Куря трубку перед  сном,  я перебирал возможные причины, по которым Рою могло понадобиться, чтобы я  с ним пообедал. Может быть, какая-нибудь его поклонница пристала  к  нему  с просьбой  познакомить  ее  со  мной;  может  быть,  эту   встречу   просил организовать приехавший на несколько дней в Лондон американский  издатель. Но я был бы несправедлив к своему старому приятелю, если бы подумал, что у него не  хватит  изобретательности  выкрутиться.  Кроме  того,  он  просил назначить день по моему выбору, а значит, вряд ли собирался с кем-то  меня свести.
   Никто не может  лучше  Роя  проявить  самую  искреннюю  сердечность  по отношению к собрату писателю, чье имя у всех на устах; и  никто  не  может столь же добродушно отвернуться от него,  когда  бездеятельность,  неудача или чужой успех затмевают его славу. У всякого писателя  бывают  взлеты  и падения, и я прекрасно сознавал, что в тот момент не  находился  в  центре внимания публики.  Очевидно,  я  мог  бы  найти  повод  вежливо  отклонить приглашение Роя, хотя он человек решительный, и если бы ему  для  каких-то своих целей понадобилось встретиться со мной, то остановить его можно было бы, только недвусмысленно послав к черту.  Но  меня  одолело  любопытство.
Кроме того, я питаю к Рою самые теплые чувства. Я с восхищением следил за его успехами в литературном мире. Его карьера могла бы служить образцом для любого начинающего писателя. Не припомню  ни одного  из  своих  современников,  кто  добился  бы  такого  значительного положения с таким небольшим  талантом.  Талант  Роя,  как  умеренная  доза лекарства, мог бы уместиться в одной  столовой  ложке.  Он  прекрасно  это понимал, и временами ему,  должно  быть,  казалось  почти  чудом,  что  он
ухитрился сочинить уже около тридцати книг. Я не могу не предположить, что он впервые прозрел, прочитав,  что  гениальность,  как  сказал  однажды  в послеобеденной  речи  Томас  Карлайл,  -  не  что  иное,  как  бесконечная работоспособность. Это запало ему в голову.  "Если  все  дело  в  этом,  - сказал, вероятно, он себе, - то и я могу быть гением не  хуже  других".  И когда один экзальтированный критик на страницах дамского  журнала  впервые назвал его гением (а в последнее время критики делают это все  чаще),  он,
наверное,  удовлетворенно  вздохнул,  как  человек,   после   многочасовых стараний  решивший  кроссворд.  Ни  один  из  тех,  кто  многие  годы  был свидетелем  его  неустанного  труда,  не  может  отрицать,  что  право  на гениальность он, во всяком случае, заработал.


1.      Исключите антонимы в строках

  • enemy - ally,  betrayer, opponent, traitor

  • false - wrong, fake, fanciful, right

  • rude - rough, gentle, graceless, impudent

  • decrease - rise, decline, downturn, fall

  • destroy - wreck, create, ruin, crush

2.      Выберите правильный перевод фраз

rude awakening - ревновать, завидовать
cap the climax - это превосходит всё, вот это да!
that takes the cake - перещеголять всех
cannot hold a candle to - в подмётки не годиться кому-л.
sail under false colours - выдавать себя за кого-л. другого, маскироваться
rub the lamp - легко осуществить своё желание
look through green glasses - сильное разочарование


1.      Исключите антонимы в строках

  • enemy - betrayer, opponent, traitor

  • false - wrong, fake, fanciful

  • rude - rough, graceless, impudent

  • decrease - decline, downturn, fall

  • destroy - wreck, ruin, crush

2.      Выберите правильный перевод фраз

rude awakening - сильное разочарование
cap the climax - перещеголять всех
that takes the cake - это превосходит всё, вот это да!
cannot hold a candle to - в подмётки не годиться кому-л.
sail under false colours - выдавать себя за кого-л. другого, маскироваться
rub the lamp - легко осуществить своё желание
look through green glasses - ревновать, завидовать


7. Полезные интернет ресурсы для изучающих английский язык:


 ©Nina Dobrynina.http://www.top1000s.narod.ru.2005-2018.

  Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика